Свободный язык – свободное слово!

В словаре Гете – 600 тысяч слов.
Ты не Гете – запомни тысячу!
Свободно говорить – в свободной стране.
Слово - не воробей, схватывай налету!
Владеешь языком – владеешь собой.
Язык без срока годности.
Запасайся словами.
Язык твой - друг твой.
Имей сто друзей!
Язык - душа страны.
Загляни в нее.
Читай Шиллера, как Пушкина.
В подлиннике.
Хочешь жить в Германии, старайся знать язык!
Живешь в стране – говори на ее языке.

• Памяти Даниила Дондурея

Какой светильник разума угас…

После тяжелой болезни умер Даниил Дондурей. На днях ему исполнилось бы 69 лет.
Пишут: кинокритик. Но это значит страшно заузить истинный диапазон того, что делал Дондурей в жизни нашей культуры и нашего общества.
Да, он досконально знал искусство кино и понимал его специфику. Журнал «Искусство кино» под его руководством стал одним из лучших киноизданий мира. Даня его оберегал от наскоков, как мог – и это была по-настоящему подвижническая работа. Но это далеко не все.

В наше околокультурное безумие Даня вселял важную толику разума. Он был прирожденный дипломат и умел убеждать оппонентов (их бездна) и аргументами и фактами. А главное – неумолимыми цифрами: он был выдающийся социолог культурных сфер. Он знал все про то, как воспринимает искусство публика.

Он знал великолепно механику работы явлений культуры в массах. Знал невидимые течения и подводные камни и постоянно предостерегал слепоглухих капитанов, вечно норовящих потопить бездумно вверенные им «Титаники». Заменить такого лоцмана теперь некем – дальше будем пилить по бурям вслепую.

Он был философ. Он был мудр. К нему не прилипал общепринятый теперь цинизм – он все принимал близко к сердцу, иногда было непонятно, как сердце выдерживало эти постоянные диалоги с бараноподобными оппонентами, неспособными внять очевидному и понять простейшее. Как он умел убеждать – возможно, вот этой горячностью, этой всем слышимой пульсацией живой крови.

Он отдавался этому самоотверженно и безоглядно. Никогда не забуду, как горячо он поддержал обе наши инициативы по созданию первого в стране интернет-кинофестиваля «Дубль дв@», а затем по организации нового большого кинофорума в Екатеринбурге. И он сам прилетел на Урал, чтобы на первом Уралкинофесте провести первый «круглый стол». И его журнал щедро предоставил анализу этого опыта свои страницы (спасибо Елене Стишовой).

Он был постоянным и любимым автором нашей «Российской газеты», а его статья «В поисках сложного человека» («Как спасти культуру для тех, кто хочет думать и сомневаться»), написанная в содружестве с Кириллом Серебренниковым, стала этапной публикацией и для газеты и для целого общества; и деятели искусств и читатели активно продолжили начатую дискуссию. Перечитывать ее сегодня горько: зерна упали на уже обезвоженную почву.

Его слушали власти. Не уверен, что слышали, но слушали. Он входил в Президентский совет по культуре, и нынешняя утрата будет отзываться в судьбах нашего искусства, боюсь, еще очень долго.
Какой светильник разума угас, какое сердце биться перестало… – извините, но эти великие строчки и про него тоже. Потому что Даня Дондурей из редкой породы совершенно незаменимых.

Жизнь шла в уверенности, что вот ты в очередной раз что-то загнул в полемическом задоре, уперся рогом, сказанул такое, что по размышлении зрелом готов раскритиковать и сам, – но тут придет мудрец Дондурей и с мягкой, все понимающей улыбкой, во всеоружии серьезных аргументов поставит крайности на свои места.

Он вообще не признавал, по-моему, такие категории, как идейный противник, – его миссией было соединять полярное, убеждать обе стороны, что истина где-то между ними, искать не войны, но мира. Единственно возможная конструктивная позиция.
Он убеждал. В его присутствии разгорячившиеся стороны оказывались смущены.

Он рассуждал, его мысль развивалась на твоих глазах, ты мог наслаждаться ее драматургией, и даже если не сразу соглашался, то задумывался.

По-моему, так было не только с его единомышленниками, но и с его недругами – если в их мозгах что-то способно было шевелиться.
Были, конечно, и такие его враги, которых эта рассудительность и эта взвешенность бесили. Они нанесли немало вреда и ему и его делу, и его журналу.
Дондурей оставался как бы спокоен, и мы не узнаем, чего это ему стоило.

В истории кино были такие люди, в присутствии которых куда-то испарялись, устыдившись, темные инстинкты. Говорят, таким был Михаил Ромм. Таковы для меня Марлен Хуциев или Александр Митта. Таким был Даниил Дондурей.

И невозможно осознать, что дальше мир будет двигаться уже без него. Словно исчез камертон, и начнется вакханалия фальши.
Остается сожалеть, что так мало общались. Что никогда не было случая все это ему сказать. Хотя, если бы и выпал такой случай, он бы только улыбнулся, все это обратив в шутку.

Валерий КИЧИН, «Российская газета»

***
Современный Дон Кихот
В нем сочеталось несочетаемое: храбрость и интеллигентность, идеализм и трезвость суждения, беспримерная мягкость и поразительная в наше пластичное, сервильное время принципиальность и честность. Подчас неудобная. Раздражающая позиция. При этом всегда оправданная и аргументированная. Поэтому ему никогда не было легко.

После печально известного съезда, на котором Даниил Дондурей поддержал Хуциева, а не Михалкова, журнал «Искусство кино» вышвырнули на улицу. Да и в последнее время кажется настоящим чудом, что журнал продолжал выходить. Ежемесячно!

Можно представить себе, какой ценой — душевными тратами, нервами — приходилось платить, в общем-то, книжному, негромкому человеку. И казалось, он не унывал. Часами мог обсуждать новые яркие проекты. Такие, как придуманную им и осуществленную сенсационную Московскую молодежную выставку в 1986, впервые легализовавшую «неофициальное» искусство. Он всегда чурался официоза, умел привычное увидеть свежим взглядом.

Но прежде всего, он был мудрецом, способным не только фиксировать, но анализировать, я бы сказала, сканировать процесс развития культуры во всей сложной его взаимосвязи с обществом. Не случайно именно Даниил Дондурей признан одним из самых авторитетных экспертов в области кинематографа, социологи и культуры.

Надеюсь, что благодарные и неблагодарные потомки соберут все его выступления по радио, телевидению, в прессе, в Интернете и смогут выпустить несколько томов умных размышлений, суждений, толкований, сообщений, заключений и мнений.

Не сомневаюсь: лет через десять-пятнадцать вклад Даниила Дондурея в развитие культуры страны (и мира!) будет оценён.
А кто-нибудь сможет написать интересную биографию этого современного Дон Кихота и выпустить её в серии “ЖЗЛ”. Он достоин этого, как никто другой.

Лариса МАЛЮКОВА,«Новая газета»

***
«Каннские хроники»
Неравнодушный, тонкий и верный, он мог быть и саркастичным, и, когда надо, жестким. Только сочетание этих качеств привело к тому, что коллектив журнала «Искусство кино», оказавшийся, подобно другим толстым журналам, на грани голодной смерти, выбрал своим лидером именно этого человека. И в течение почти четверти века — больше, чем кто бы то ни было из прежних редакторов,— Дондурей руководил журналом.

. Он сохранил его и в самое трудное время, когда финансировать «Искусство кино» отказались и Минкульт, и Союз кинематографистов (в руководстве которого он не один год состоял), а редакция была фактически выброшена на улицу.
На предстоящем Каннском фестивале состоится презентация нашей совместной книги «Каннские хроники», вышедшей в издательстве «Новое литературное обозрение». Даниила Дондурея на ней, увы, не будет, и это ужасно несправедливо. Как и то, что, хоть многие его работы опубликованы в России и за рубежом, они не собраны в большие книги — ему было не до этого.

Андрей ПЛАХОВ, «Коммерсант»

***
Он был участником проекта «Сноб»
Даниил Дондурей — вероятно, главный в России представитель странной профессии «киновед», постоянно доказывающий важность и нужность этой профессии; человек, чьим ремеслом не первый десяток лет является осмысление кинопроцесса, и самый авторитетный эксперт в этой области.

Социолог по образованию и кандидат философских наук, Дондурей долгое время занимался исключительно наукой — работал в Институте истории искусств и в Институте киноискусства, составлял и публиковал сборники по истории и теории разнообразных визуальных искусств.

Публичной фигурой окончательно стал в 93-м, заняв пост главного редактора журнала «Искусство кино», который и занимал до сих пор. Продолжал печататься в самых различных изданиях, регулярно появлялся на радио и телевидении; не потерял ни интереса к кинематографу, ни способности точно и пылко анализировать фильмы, ни решимости высказывать свою позицию прямо и честно.
Он был участником проекта «Сноб» с декабря 2008 года.

Журнал «Сноб»

***

Труженик мудрости
Мы живём в обществе, где очень много убеждённых, но очень мало убедительных. Даниил Дондурей был одним из тех редких, крайне редких интеллектуалов России, чьи мысли, чьи утверждения, чьи аналитические разработки, касающиеся жизни и культуры, отличались исчерпывающей убедительностью.

Он поражал глубиной знаний, нестандартным видением действительности, терпеливо, последовательно отстаивал свои идеи, иногда ему приходилось делать это достаточно дерзко, но его воспринимали, как просветителя, а не как мыслителя, который знал как надо и как можно изменить нашу загнанную в тупик жизнь.

Мы потеряли труженика мудрости. А я потерял интереснейшего собеседника, верного товарища по неприятию псевдопатриотической михалковщины.

Александр ГЕЛЬМАН. писатель
.

© 2017 SphäreZ – Russischsprachige Zeitschrift in Deutschland

Impressum