Свободный язык – свободное слово!

В словаре Гете – 600 тысяч слов.
Ты не Гете – запомни тысячу!
Свободно говорить – в свободной стране.
Слово - не воробей, схватывай налету!
Владеешь языком – владеешь собой.
Язык без срока годности.
Запасайся словами.
Язык твой - друг твой.
Имей сто друзей!
Язык - душа страны.
Загляни в нее.
Читай Шиллера, как Пушкина.
В подлиннике.
Хочешь жить в Германии, старайся знать язык!
Живешь в стране – говори на ее языке.

• От нелюбви не зарекайся

Итоги Канн-2017

Андрей ПЛАХОВ, киновед

П о итогам 70-го юбилейного Каннского кинофестиваля фильм Андрея Звягинцева “Нелюбовь”, который считался первым претендентом на каннское золото, уступив Золотую пальмовую ветвь шведскому фильму «Квадрат» Ребена Эстпуда, был удостоен приза жюри.

Итоги Канн-2017

Андрей ПЛАХОВ, киновед

П о итогам 70-го юбилейного Каннского кинофестиваля фильм Андрея Звягинцева “Нелюбовь”, который считался первым претендентом на каннское золото, уступив Золотую пальмовую ветвь шведскому фильму «Квадрат» Ребена Эстпуда, был удостоен приза жюри.

С рекордной быстротой после успеха на Каннском фестивале этот фильм выпущен в российский прокат. Андрей Плахов считает, что это правильное решение: страна должна знать своих героев.

Обычная российская семья показана в кульминационный момент развода. Если представить европейский аналог этого фильма, можно было бы говорить про мидл-класс, но в России это понятие не актуально. Либо речь идет о рабах маразмирующих корпораций (хозяин — православный фундаменталист, сотрудникам запрещены разводы), либо о мини-олигархах с явно криминальным дном. И муж Борис, и жена Женя уже нашли новые способы жизнеустройства — столь же тупиковые, как их прежний союз. Тупик оказывается совсем непроходимым, когда пропадает двенадцатилетний сын пары — Алеша. При пассивном участии родителей милиция и группа спасателей-волонтеров прочесывают подъезды спального микрорайона, морги и больницы, окрестный лес.
Звягинцев — режиссер, чья путеводная звезда обнаружила свое присутствие со времен его первого фильма “Возвращение”. Ни тогда с Венецианского, ни четырежды с Каннского фестиваля он не возвращался домой без наград: такого результата не может предъявить ни один другой российский кинематографист XXI века. Поставленная Звягинцевым высокая художественная планка, постоянная работа над собственным стилем, движение вглубь, от абстрактных мифологем к тайным пружинам человеческих поступков, вызывают как минимум уважение у беспристрастно следящих за его творчеством. Его фильмы всегда имеют свою преданную аудиторию, пускай она не так велика, как в лучшие для авторского кино времена. И “Нелюбовь”, уверен, не станет исключением.

Андрей Звягинцев рассказал Андрею Плахову о своем новом фильме и роли Каннского кинофестиваля в поддержке авторского кино

В то же время Звягинцев — это, я бы сказал, одиозное средоточие “нелюбви” со стороны ревнивых коллег, чересчур пристрастных критиков и примитивных зрителей. В свое время подобную конфронтацию испытал на себе Сокуров, теперь пришла очередь Звягинцева. Чего только не приходится о нем услышать и прочесть в профессиональном кругу. И одет не так, и выражается пафосно, и вообще “не наш, выскочка”, которого почему-то берут и раскручивают зарубежные фестивали вместо того, чтобы брать и раскручивать нас. И причина, конечно, ясна: призы этой “антигуманной чернухе” дают “за нелюбовь ко всему русскому”. Еще одна горячая тема злорадных обсуждений: приз-то в Канне присужден не главный и, кажется, даже не второй, а третий по рангу. “Хотел молодой человек допрыгнуть до ветки, но… Я — российский зритель, это на меня отечественный автор должен ориентироваться, а не на кучку напыщенных эгоистов из Европы, часто создателей тоже весьма странных опусов “не для всех”. А черной тоски от звягинцевских фильмов большинству россиян не нужно, они в ней постоянно проживают и пребывают…” (цитирую один из характерных комментариев в соцсетях).
Между тем в “Нелюбви” есть и положительные герои (те самые волонтеры-спасатели, чья деятельность показана с подробной обстоятельностью), есть и поэзия, и саспенс, и печаль человеческой утраты. Показанная в фильме драма обескровленных человеческих отношений вызвана общим климатом современной российской жизни, с непроходящей зимой, непреходящим ожесточением и разлитой в воздухе агрессией. И тут становится важен не только обсценный лексикон героев, стрелами ненависти пронзающий самых близких людей, но и как будто бы бесстрастный тон радиокомментариев, и якобы объективный характер телерепортажей из Донбасса (Дмитрий Киселев, икона патриотической пропаганды). Это еще и фильм о лицемерии обуявшей бездуховное общество религиозности, которая не смягчает нравы и не лечит раны.
Проект, без господдержки поднятый Александром Роднянским и его сопродюсерами, выполнен на высочайшем уровне. Это тот случай, когда хочется перечислить всех основных творцов — сценариста Олега Негина, оператора Михаила Кричмана, композитора Евгения Гальперина, художника Андрея Понкратова, актеров Марьяну Спивак, Алексея Розина, Марину Васильеву, Андриса Кейшса, Алексея Фатеева. В их профессиональном перфекционизме как раз проявляется уважение к зрителю, а что касается глобальной любви-нелюбви, это вопрос дискуссионный. Ведь, помимо прочего, Звягинцев со своими соратниками исследует феномен российского жлобства, а жлобы вовсе не обязательно автоматически достойны любви, соучастия и сострадания.

© 2017 SphäreZ – Russischsprachige Zeitschrift in Deutschland

Impressum