Свободный язык – свободное слово!

В словаре Гете – 600 тысяч слов.
Ты не Гете – запомни тысячу!
* * *
Свободно говорить – в свободной стране.
* * *
Слово - не воробей, схватывай налету!
* * *
Владеешь языком – владеешь собой.
* * *
Язык без срока годности.
Запасайся словами.
* * *
Язык твой - друг твой.
Имей сто друзей!
* * *
Язык - душа страны.
Загляни в нее.
* * *
Читай Шиллера, как Пушкина.
В подлиннике.
* * *
Живешь в стране – говори на ее языке.

• Что импортирует Россия?

Нефть, газ, икру… и, кроме этих жизненно важных продуктов, еще один не менее, а по большому счету, самый важный – КУЛЬТУРУ. В рамках нынешнего Года «Германия-Россия; Россия-Германия» этот “товар” представлен с редкой щедростью. Выставки, спектакли, концерты, фильмы, встречи, дискуссии проходят едва ли не каждый день, порой накладываясь друг на друга, не давая рьяному зрителю и слушателю вздохнуть и по-настоящему переварить неисчерпаемую пищу для впечатлений и размышлений. Один из звеньев этой цепи составил прошедший с большим успехом в «Берлинском Доме фестивалей» 10-дневный смотр–театр, кино, изобразительное искусство – который, собственно, так и назывался «RusImport».

«RusImport» – первенец (если не считать традиционных весенней «Музыки в марте» и осеннего «Музикфест Берлин») заступившего с 2012 года в должность директора концерна «Берлинер Фестшпиле» Томаса Оберэндера.

Этот форум был задуман совместно с Московским фестивалем «Новый Европейский театр» при поддержке министерств культуры обеих стран. Что же касается непосредственно самой программы фестиваля, то по словам Оберэндера, он и Андреа Татьяна Виггер, хорошо знающая Россию и российскую художественную сцену,- театровед, менеджер и переводчица – постарались составить ее самостоятельно. Особенно, это касалось составившего ядро «RusImport» современного российского театра, для чего, в частности, помимо «нормальных» спектаклей, они отсмотрели всю последнюю «Золотую маску».

В результате на суд берлинской публики явились, казалось бы не имеющие никаких точек соприкосновения друг с другом, поистине полюсные постановки. Однако, при всех различиях, есть во всем, что увидено, одна, испокон объединяющая не только русское искусство, но и всю российскую жизнь, красная нить: стремление, борьба, защита или, напротив разочарование, отторжение, развенчание некой идеи или точнее некоего  МИФА.
«Наденька, открой, это я…Наденька, не бойся , открой, я один…Наденька… Феликс Эдмундович, ломайте дверь…» Нет, этот текст не из «Горки-10» как назвал автор и режиссер, Дмитрий Крымов, руководитель творческой «Лаборатории» в московском театре «Школа драматического искусства», свою абсурдистскую фантазию по мотивам известных пьес классического и опять же «классического» советского репертуара («Борис Годунов» Пушкина, «Кремлевские куранты» Н. Погодина, «В поисках радости» В. Розова, «А зори здесь тихие» Б. Васильева и «Оптимистическая трагедия «Вс. Вишневского) Приведенная выше «цитата», -невольно всплывший в памяти,- один из расхожих советских анекдотов, героями которых наряду с Лениным, как помнят люди старшего поколения, были Чапаев, Брежнев, Андропов и иже с ними.

Прошло время, произошли гигантские перемены в отечественной истории и помогавший смеяться, а значит дышать и жить, фольклор лег в основу литературы (не случайно спектакль носит именно такой подзаголовок «Уроки литературы») и искусства самых разных направлений и жанров. Фактически, фольклором стали и упомянутые пьесы, слывшие в свое время венцом «свободомыслия» или так называемого «кукишизма», а по официальной формулировке «тенденциозного прочтения классики». В состоявшейся после спектакля дискуссии (равно как и в заключительной газетной рецензии) прозвучала теза об утрате актуальности, «холодности» развенчиваемых мифов. И такая точка зрения вполне объяснима. Европейскому зрителю – и слава Богу! – не понять до конца, несмотря на все мастерские переводы и титры всех заложенных в инсценировку под-и контекстов. Но это не мешало ему, а тем более нам, русским зрителям, которые, увы (!), ох, как хорошо все понимали, насладиться подлинной феерией смыслов, блистательных визуальных выдумок и находок, превосходным актерским и сценографическим мастерством, блестяще подобранным музыкальным оформлением (композитор Кузьма Бодров). В качестве лейтмотива здесь звучала  искусно препарированная, «великая, нечеловеческая музыка» как якобы, опять же «мифически», отзывался об «Аппассионате» Бетховена великий вождь. Крымов называет свои спектакли сказками. А сказок, как, известно, без намеков не бывает. И намеки эти на все времена…

Известный критик Роман Должанский обозначил крымовские спектакли, как «театр художника», ведь Крымов в основе своей сценограф. И к этой же категории он относит петербургский «русский инженерный театр» (по определению самого коллектива) АХЕ. В показанном на фестивале спектакле «Депо гениальных заблуждений» также развенчивались мифы, но на этот раз научные. Девять «ошибок» ученых ХХ века разворачиваются в фантасмогорических девяти инсталяциях – перформансах, разыгранных, по словам того же Должанского, не «лицедеями-актерами, а бесстрастными фокусниками и умелыми реквизиторами». В их руках не только «предметы», впрочем, подчас вполне эфемерные, но так называемый 3D-меппинг, т.е. стереоскопическая компьютерная графика, с невероятным динамизмом проецируемая и на выстроенные на сцене ассоциативные-пространственные модели, и на действующие фигуры. Мастерский «саунд» и «живая» музыка (композитор Н. Судник) особенно углубляет ощущение некоего сюрреалистического действа. Потрясающее впечатление, к примеру, оставляет застывание и превращение в студенистую массу воды и затонувшей в ней человеческой фигуры!

Уже по этим двум спектаклям можно судить, насколько интересен и разнообразен авангардный русский театр. Как сказала театровед Марина Давыдова, на состоявшейся между двумя представлениями дискуссии, устроителям «RusImport» было из чего выбирать. Намного сложнее обстояло дело с так называемым традиционным театром, представленным после долгих поисков прославленной в свое время постановкой «Трех сестер» А. Чехова в не менее прославленной московской «Мастерской П.Н. Фоменко» И снова в центре – миф. Владеющий умами и желаниями героинь прекрасный миф о Москве, этом обетованном рае, где только и могут осуществиться их мечты об активной счастливой жизни. Меланхолическая, но не без иронии вплоть до комизма (напомню, что Чехов, по воле режиссера, также занявший свое место на сцене, называл свои пьесы комедиями) знаменитая пьеса, увы, получила на нынешних гастролях некий дополнительный обертон. В августе этого года труппа осиротела, потеряв в Петре Фоменко не только своего художественного руководителя, но Друга, Собеседника, Учителя… Естественно, желание не утратить, удержать в памяти его заповеди, его, вошедший в плоть и кровь, почерк. И этот почерк, безусловно, узнаваем в каждой бережно лелеемой детали аксессуара, каждом актерском жесте, интонации. Известный немецкий критик Ульрих Зайдель в рецензии со слегка ироничным названием «Поцелуй, посланный деловой жизни» (Берлинерцайтунг 1./2декабря 2012) охарактеризовал эту инсценировку как «унаследованную и, благодаря любви, ухоженную, живо сохраненную драгоценность». В самом деле, еще немного и легкая патина уже сейчас ощутимой музейности рискует превратиться в «наследие», «систему» то бишь тот же миф, против чего, по словам исполнительницы роли Ольги Галины Тюниной, рьяно на протяжении всей творческой жизни восставал сам мастер…

Совсем иная мифология вдохновляет творчество знаменитого трио Дмитрий Быков-Михаил Ефремов – Андрей Васильев, выступившего на фестивале со своей новой программой «Господин хороший». Их политическое кабаре посетило, пожалуй, наибольшее количество, в основном, русской публики. И это понятно, так как происходящее на сцене непереводимо ни на какие языки! Конечно, талантливо, конечно, смешно. Но есть у этого шоу одно большое «но»: уж очень надоел его главный герой. Позволю себе длинную цитату из статьи Алексея Крижевского (Gazeta.ru 5. октября 2012): «У нового проекта есть только одна генетическая хворь, обозначившаяся на «Гражданине поэте», а здесь унаследованная и закрепившаяся в названии, и этой же хворью болеет вся российская оппозиция. Точно также , как активисты «белой ленты», троица не в силах отвести от него глаза и прекратить говорить о нем; именно лицо Путина мелькало в двух третях сюжетов – подводок к номерам «Гражданина хорошего». Если предположить, что озвученное актером пророчество сбудется и Путин, действительно, превратится в пернатое создание (чего нельзя исключать, развитие политической ситуации в России в последние месяцы впервые стало опережать антиутопические сюжеты Виктора Пелевина), то на площадях, на кухнях и в театрах эстрады станет не о ком говорить». Весьма грустное предположение. Все же хочется надеться, что у брызжущего идеями Дмитрия Быкова найдутся и другие темы и герои…

Впрочем, Путин постоянно «маячит» и здесь, на Западе. Примечательна в этом смысле проницательнейшая статья Арно Видмана (Берлинерцайтунг 13 ноября 2012), которая так и называется «Ars Putinesca» (в приблизительном переводе: «Искусство Путинеска», по типу «бурлеска»). Речь о выставленной между сентябрем и началом декабря в Мартин-Гропиус – Бау, также в рамках Года «Россия-Германия; Германия-Россия» грандиозной видеотрилогии московской артгруппы АЕС+Ф – по именам художников Татьяны Арцамазовой, Льва Евзовича, Евгения Святского + фотографа Фридкиса. Три зала второго этажа музея были заняты тремя огромными шоу: «Последнее восстание» («Ад», 2005—2007), «Пир Трималхиона» («Рай» 2009—2010), «Священная аллегория» («Чистилище» 2011). Замешанные на многих мифах и классических прообразах (в подтексте все тот же, уже набивший оскомину, апокалипсис) эти видеоинсталяции населены десятками участников –в основном, молодыми красавцами обоего пола, погруженными в разного рода ритуалы в сопровождении до боли знакомой музыки. Как и в мелодиях мобилок или рекламных роликов здесь лидируют, прошу прощения за грубость, «измордованные» Бетховен, Шопен, Чайковский, Шуберт… Не знаешь радоваться ли поразительной выживаемости классики в океане музыкальной попсы или оплакивать ее беспощадное превращение все в ту же попсу. Так вот, в упомянутой статье Арно Видмана сие зрелище названо «триумфом рекламной эстетики», «победой лоска и красоты», «оргией китча», «империальным искусством» и, наконец, «воображаемым соединением красоты с властью». И в качестве саркастической гипотезы: «Цитируют обнаженные торсы молодых мужчин путинские выступления в качестве всадника? Или Путин цитирует АЕС+Ф?». Воля читателя, согласиться или не согласиться с этим предположением, тем более, что не оно является главным пафосом статьи, заключенной следующими словами: «Трилогия называется „The Liminal Space“ («Непознаваемое пространство»). Это есть некое место, которое одновременно таковым не является. Так как непознаваемость в антропологии это некий момент между ритуалами, в котором состояние не поддается определению. Или также то мгновение, в котором некто переступает порог между повседневной жизнью и ритуалом. То есть мгновение крайней неуверенности. То, что этому моменту было здесь уготовано определенное пространство, то, что он был продлен, показывает, что группа АЕС+Ф при всем гигантизме призывает к размышлению. То что музей Мартин-Гропиус-Бау предоставил нам возможность увидеть этот шедевр Ars Putinesca, за это мы ему благодарны».

Слава Богу, никаких путинских следов не было в работах московских художников, представленных в самом «Доме берлинских фестивалей», на интерактивной выставке V_Museum Platform Moscow. Куратор Кристина Штейнбрекер –29-летняя уроженка Казахстана, а ныне курсирующая между Москвой и Западной Европой, известный знаток, директор и менеджер нескольких художественных объединений. В день открытия фестиваля она, на чистейших двух языках, рассказывала о своих также очень молодых – все до тридцати! – подопечных, работающих не только в разных жанрах, но в совершенно разных техниках, с разными материалами и концепциями. Здесь и абстрактные парафразы по различным урбанистическим фотографиям, и «индустриальные» сюжеты – темперой по дереву, и компьютерная графика, и кинетические скульптуры. Благодаря новейшей медиальной технике зрители могли одновременно осмотреть персональные выставки всех пяти художников в одном и том же, так называемом, интерактивном пространстве, то есть на четырех настенных экранах одного небольшого помещения. При этом основная экспозиция была дополнена обширной медиотекой, которая позволяла познакомиться с творчеством каждого участника выставки и с молодой арт-сценой Москвы в целом. Вход свободный! Вот уж воистину «RusImport» на самом высоком современном уровне! Хочется надеяться, что это только начало, за которым последует столь же интересное продолжение.


Татьяна ФРУМКИС,
Служба информации «Сферы»

© 2021 SphäreZ – Russischsprachige Zeitschrift in Deutschland

Impressum